Незнание своих прав оставляет многих женщин — вынужденно перемещенных лиц, без имущества в случае развода или ухода из семьи.
![](https://i1.wp.com/women-peace.net/wp-content/uploads/2019/09/CIMG0881-Medium.jpg?fit=610%2C336)
Выделяемое государством для семей вынужденных переселенцев жилье оформляется, как правило, на мужчин и их жены не фиксируются совладельцами.
27-летняя беженка из Большого Лиахвского ущелья Тина вышла замуж еще до войны. Из-за бесплодия, а также ряда других проблем, спустя 6 лет она решила развестись с мужем и осталась без жилья. Теперь, не имея никакого пристанища, Тине приходится ночевать у родственников.
“Во время войны мы сперва перебрались в Тбилиси, в здание детского сада, затем в Гори – в палаточный городок. Оттуда нас перевели в компактное поселение и дали один коттедж”, — рассказывает Тина.
“Потом начался процесс оформления и коттедж оформили на имя моего мужа. Я не знала и до сих пор не знаю, есть ли у меня право в этой ситуации чего-то требовать и у кого я должна это требовать? Временно я у родственников, но хоть они и не дают мне этого чувствовать, мне неловко их беспокоить. Как долго я могу жить в чужом доме?».
Муж Тины — Роланд говорит, что развод действительно произошел по взаимному согласию, но не собирается разделять и без того небольшую жилплощадь.
«Этот коттедж утвердили мне. Как мы должны тут жить вместе? Не перегораживать же и без того крошечные комнаты?» — говорит Роланд, который пока еще не развелся официально с Тиной.
Переоформление временного жилья государство начало в августе текущего года и продолжает сейчас. В управлении муниципалитета Курта говорят, что при официальной передаче коттеджей, он регистрируется на одного из взрослых членов семьи, на основании соглашения между ее членами. Официально, даже в случае развода, это имущество не делится.
«Государство не может вмешиваться в этот вопрос. Обычной семье полагается один коттедж, а если в семье есть проблема, одна должна решиться внутри семьи и муж с женой должны договориться», — говорит глава администрации муниципалитета Курта Давид Даташвили.
После войны в августе 2008 года, семьям вынужденно переселенных лиц выделили для проживания коттеджи площадью в 24 квадратных метра, большая часть которых оформлена на мужчин.
Относительно проще решила вопрос еще одна семья из ущелья — Хачапуридзе. Муж с женой просто продали коттедж и поделили деньги. Однако так происходит не всегда.
Тина попала в число женщин, ставших жертвами имущественного насилия — так называют это представители Ассоциации молодых юристов Грузии в Гори.
По словам юриста Кети Бебиашвили, очень часто причиной нарушения прав женщин является их неосведомленность о собственных правах.
«У женщины есть прав обратиться в соответствующую структуру и оформиться в качестве совладельца. Конечно, это решается в семье, но и тут мы имеем дело с имущественным насилием, так как мужчины часто выступают против того, чтобы женщины оформлялись совладельцами имущества».
После войны такие факты в поселениях вынужденно переселенных лиц происходят часто. Соответственно, возросло число женщин, чьи права массово нарушаются в этом вопросе. Это подтверждают и неправительственные организации, которые работают с вынужденно перемещенными женщинами и информируют их о законных правах.
«В последнее время мы часто проводим встречи с женщинами в регионе Шида Картли, особенно в поселениях вынужденно перемещенных лиц, где информированность о правах женщин очень невысокая. Мы выслушиваем конкретные дела о фактах насилия против женщин и, как ни странно, женщины стесняются даже говорить об этом с чужими людьми. Они предпочитают терпеть побои со стороны мужа, позволять ему выгонять себя на улицу, прибегать к другим формам насилия, чем где-то рассказать об этом или попросить о помощи», — говорит правозащитница Нази Беруашвили из организации Женщины за мир и безопасность.
«В результате мы получаем женщин на грани смерти, либо разочарованных в жизни, смирившихся, а иногда имеющих психические проблемы, которые, в свою очередь, воспитывают следующее поколение», — говорит Нази.
Для таких женщин в Грузии созданы специальные реабилитационные центры. Убежище в прошлом году было построены и в Гори. Его представитель Манана Шакулашвили не конкретизирует статистику, но по ее словам, в Центр часто прибывают пострадавшие женщины, не знакомые со своими правами.
«Это убежище для женщин, ставших жертвами семейного насилия, в котором предоставляются комплексные услуги — культурная реабилитация, юридическая помощь, а также создание бытовых условий на краткий период — два месяца», — говорит Манана Шакулашвили.
Тине известно об этом центре, но жизнь в убежище мало чем отличается от ее сегодняшнего положения. Все свои надежды на независимое проживание и получение прожиточного минимума она связывает с поездкой за границу.
«Один близкий человек пообещал, что поможет мне устроиться на работу за границей. Это единственная надежда, которая у меня осталась», — говорит Тина.